1
Он отдыхает и работает с ними, и чувствует себя таким же, как они. «Разве я глуп, когда утверждаю, что я художник?» – спрашивает он в 1930 году в своих мемуарах, которые с присущей ему самоуверенностью называет «Я одевал свою эпоху». Однако к этому моменту слава его давно поблекла, другие звезды засияли на небосклоне моды, и прежде всего Коко Шанель, которая на себе прочувствовала, что неправильно в женской моде.
Пуаре имеет все основания заявить: «Я объявил войну корсетам», – но на самом деле мотивы его революционной деятельности исключительно эстетические. Он находит просто смешным членение женской фигуры на две части-, вздымающийся впереди бюст и выступающий зад. Вдохновленный стилем модерн и идеями X V I I I столетия, а возможно, и под влиянием английских ху-
дожников и защитниц прав женщин, требующих «реформы одежды». Пуаре создает в 1906 году простое узкое платье, юбка которого начиналась непосредственно от груди и ниспадала до пола. Он создает силуэт, повторяющий изгибы тела, как нежная волна, который приносит ему бессмертную славу, и называет его « L a Vague».
По сравнению с зашнурованными и разряженными красавицами «Прекрасной эпохи» новая женщина Пуаре выглядит скромной, юной и беззастенчиво подвижной; под ее легкими платьями совершенно очевидно скрывается хорошая фигура вместо хорошего корсета. Кто знает, отважился бы когда-нибудь Пуаре на эти сенсационные модели, если бы его собственная жена была менее стройна и грациозна. С 1905 года он женат на Денизе Буле, с которой они близко знакомы с детства; она становится матерью его пятерых детей и, кроме того, одной из самых элегантных женщин Парижа. «Она была простушкой, – пишет он в своих мемуарах, – но… я видел скрытую в ней красоту». Никто не мог бы лучше Денизы подчеркнуть все достоинства его свободных платьиц. «Стройная, юная брюнетка, не стянутая корсетом, без косметики или пудры», – так описывает ее сам Пуаре в 1913 году в журнале «Vogue».
Вдруг все парижанки захотели выглядеть так же, как Дениза, эта провинциалочка. Пуаре, чье имя становится торговой маркой, обещает, что каждая дама, «которая интуитивно чувствует себя рабыней своего вышедшего из моды платья… сегодня ликующе воскликнет… укрыв и одновременно обнажив свою красоту в оригинальных и прелестных одеяниях, которые преподносит ей Пуаре». И это не только освобождение от корсета, который Пуаре заменяет гибким бюстгальтером и легким поясом для чулок, позволяющим женщине выглядеть моложе и отважнее, но и сочные краски и четкие узоры, которые он использует вместо блеклых пастельных тонов и невыразительных гирлянд из цветов. Мало того, он отвергает и черные чулки и дарит женщинам (и мужчинам) иллюзию обнаженных ног, одевая их в шелк телесного цвета.