4
Собственно говоря, Голливуд хотел работать только с великими кутюрье из Франции, но прагматичные американские модельеры просто лучше разбирались в этом деле. Они полностью предоставляли свой талант на службу звездам, кутюрье же, напротив, сами стремились выступать в роли звезд. При этом у них было максимум несколько сотен клиенток в год, тогда как кино еженедельно одевало 90 миллионов зрителей, и те едва ли могли отличить костюм киногероя от изделия дома моделей. Модным было то, что носили звезды, будь то на экране или в жизни. В то же время звезды отправлялись в Париж и оставляли большую часть своих состояний в домах моделей. Т а к 30-е годы стали эпохой абсолютного расцвета кино и моды.
Это отвечало представлениям владельцев крупных киностудий, так как большинство из них были заинтересованы в том, чтобы сделать рекламу текстилю и мехам. Неудивительно, что во многих фильмах той эпохи мода играла главную роль. С другой стороны, создатели моды также очень быстро увидели, сколь полезным может быть кино. В 1913 году Поль Пуаре сделал фильм о своей коллекции, который он хотел показать своим американским клиентам. Но в США фильм был изъят по причине его «порнографического содержания» – там были представлены женщины в юбке-брю-ках. С 1925 года стала возможной передача на экране натурального телесного цвета и различных оттенков красного, что сделало фильмы о моде по-настоящему зрелищными. Первый фильм этой серии представляет моду Пуаре, Ворта и Ланвен.
Правда, соперничать с модой в производстве модного работникам кино было нелегко. Стоило им закончить съемки, использовав при этом самые дорогие платья, как Париж уже рекламировал новые силуэты, и фильм устаревал еще до выхода на экраны. Это было одной из причин, почему кинопродюсер Сэмюэл Голдвин решил заказывать костюмы для своих фильмов у Коко Шанель. Она-то должна была знать, что представит Париж завтра. Но простые черно-белые костюмы Ш а -нель не смотрелись в цветных фильмах, и ее голливудский контракт не имел успеха. Некоторые утверждают, что звезды бойкотировали Шанель, потому что их обслуживала ее заместительница, тогда как они рассчитывали, что Коко позаботится о
них самолично. Коко представляла это иначе и продолжила свою карьеру без кинематографа.
Другим кутюрье из Парижа, таким как Молине, Пату и Роша, общение с избалованными звездами удавалось легче. У с п е ш -нее всех сотрудничала с кинематографом Скиапарелли, сначала в Англии, а затем в Голливуде, где именно она создавала костюмы для таких секс-бомб, как М е й У э с т . Ее стиль больше подошел бы Кэтрин Хепберн. В 1933 году она познакомилась со Скиапарелли, и ее облик постепенно изменился от неаккуратного к небрежному. Со стилем Скиапарелли навсегда связан и образ Джоан Кроуфорд. Так и остается неясным, кто первым ввел накладные плечи: Скиапарелли, у которой одевалась Кро-уфорд, или Адриан, в чьих костюмах она стала звездой.
Во время Второй мировой войны ведущую роль в мире моды стал играть Г о л л и -вуд. Париж вышел из игры, большинство домов моделей были закрыты, а в тех, что остались, производство было сокращено. На киностудиях также приходилось бороться с ограничениями, бюджеты стали скуднее, а предметы роскоши, такие как кружева, мех и палет (ткань атласного переплетения из натурального или искусственного шелка), были запрещены. Т о , что можно обойтись и без них, доказал вышедший в 1943 году фильм «Касабланка». Он имел грандиозный успех, несмотря на то что Ингрид Бергман и Хамфри Богарт предстали там в почти реалистичной одежде: она в строгих костюмах того времени, а он в потертом френче.
Впрочем, реализм был не в почете, и попытки использовать кинематограф как средство пропаганды редко встречали успех у публики. Как раз теперь в кино ходили, чтобы убежать от ужасных будней, и лучше всего – в добрые старые времена, когда у женщин были затянутые осиные талии и пышные юбки, когда казалось, что мир еще в полном порядке, даже если бушевала гражданская война, как в «Унесенных ветром». Пережитые войны – это всегда победы, и так хочется представить себя Скарлетт О’Харой, когда она снимает шторы с окна, чтобы сделать себе из них бальное платье. Всем приходилось теперь обходиться лишь тем, что имелось, и браться за иголку с ниткой. Многие старые костюмы переделывались и, видоизмененные, находили себе новое применение. Наконец, правительства проявили понимание и предоставили киноиндустрии больше материалов, чтобы она могла создавать грезы, которые поддержали бы дух народа.