Журнал о моде

Большим влиянием пользовался также и «триумвират», члены которого использовали в качестве своих торговых марок написанные слитно имя и фамилию: Мейнбохер, Луизбуланже и Огюстабернар. Американец Мейн Бохер в 1929 году отказался от поста главного редактора журнала <<Вог» и год спустя стал модельером в Париже. Из уважения к Огю-стабернар и Луизбуланже он стал называть себя Мейнбохер. Его элегантный стиль вскоре снискал большой успех в парижских кругах. В последнем предвоенном сезоне он, так же как Молине и Шанель, представил совершенно не соответствовавшие духу времени модели с затянутой осиной талией и пышными, широкими юбками – предвосхитив «Новое направление», с помощью которого спустя почти десять лет Диор возродит моду к новой жизни. Однако до этого по-прежнему про-
должали пользоваться спросом костюмы в милитаристском духе, с широкими плечами и узкими юбками.
Для многих в 1939-м представилась последняя на долгие годы возможность приобрести одежду по индивидуальному заказу, и коллекции августа 1939 года побили все рекорды продаж. В 1940-м Мейнбохер покинул Париж и открыл салон в Нью-Йорке. Вплоть до 60-х годов он оставался ведущим кутюрье американского высшего общества.
Для него «удобство – это половина секрета хорошей одежды», и исходя из этого он представляет своих клиенток дамами без макияжа, с безупречными манерами. Он одевал Уоллис Симпсон, которая славилась своим педантично аккуратным обликом, – не говоря уже о том, что ей удалось побудить короля Англии отречься от трона, чтобы жениться на ней. Свадебное платье, узкое и длинное, в бледных сероголубых тонах, было, конечно, сшито Мейнбохером.
Для англичан просто мир рухнул, когда их любимый кронпринц Дэвид, который после смерти короля Георга V был провозглашен королем Эдуардом VIII, незадолго до коронации отрекся от престола, чтобы в 1937 году жениться на дважды разведенной американке Уоллис Симпсон. И если бы она хоть была симпатичной! Молодой король имел репутацию плейбоя и законодателя мод, а о его регентстве вспоминали как о времени стильных веселых забав. И вдруг он, которого обвиняли в распутстве, предпочел развлекаться с этой худой американкой.
Так Англия потеряла короля, зато мода приобрела королеву. Ибо поднявшаяся до герцогини Виндзорской Уоллис Симпсон признавала: «Я не красивая женщина. Зато я могу одеваться лучше, чем все остальные». Она сделала это поразительно быстро не без помощи своей подруги Элси де Уолф, которая представила ее модельерам Мейнбохеру и Скиапарелли. Исполненные чопорной элегантности модели ее соотечественника Мейнбохера больше всего соответствовали в к у с у герцогини, и она дол-
го оставалась ему верна. Но она покупала одежду и у других модельеров, например, у Шанель, поскольку ей нужно было 100 платьев в год.
Подходящие украшения к ним ей дарил герцог Виндзорский, придававший большое значение тому, чтобы они были единственными в своем роде. Ни одна женщина мира не могла сравниться с королевой его сердца. Когда после смерти герцогини в 1987 году эти драгоценности были проданы с аукциона, принеся сумму в 50 миллионов долларов, эти деньги, согласно ее воле, были переданы на программу по исследованию С П И Д а б ^ Свое аристократическое хозяйство она вела твердой рукой. Во время обеда у нее дважды меняли салфетки, а парикмахер приходил к ней три раза в день. Неудивительно, что она была провозглашена первой женщиной мира в храме вечной славы моды. После того как она десять раз появилась в списке десяти самых хорошо одевающихся женщин, герцогине предоставили место в «зале славы», и таким образом, она достигла своей цели: ее муж, который ради нее отказался от всего, мог ею гордиться.